Эудженио Беннато- итальянский бард и музыкант, один из наиболее известных исполнителей народной музыки, воспевающий братство и единение народов. ”Кто-то на земле”- это его новый проект, посвящённый универсальной любви, это музыкальный вояж, посвящённый сотворению мира, сборник невыпущенных до сегодняшнего дня песен, в которых говорится о пути человека, о его рождении, сопротивлении, о найденной гармонии. Беннато стоит во главе ансамбля из шести человек, созданного им самим ”Голосов Юга”, есть песни, в которых солистом выступает сам автор или Пьетра Монтекорвино-певица с невероятной красоты голосом. Названия песен: ”Любовь двигает луной”, ”Fiat Lux”, ”Ноев ковчег”, ”Кифая”, ”Нет смысла”, ”Баллада матери”, ”Кто-то на земле”. Затем – музыкальная сюита, исполняемая в четыре руки Эудженио Беннато и Карло д’Анджио’, написанная в 1988 г.- ”К югу от Моцарта”.

Ты по образованию физик, от физики-к музыке, как ты совмещаешь эти два мира? Я выбрал для изучения физику, потому что это наука, которая даёт тебе возможность путешествовать с книгой, физика-это не только система знаний, в физике необходимо научиться понимать, как работают определённые механизмы, мне не надо было забивать голову огромным количеством информации, а надо было просто понять схему работы математики и ядерной физики. Затем я полюбил музыку группы ”Новый ансамбль народной песни”, пел с ними и тем временем сдавал экзамены. Знание физики и математики меняет твоё восприятие мира, я всегда чувствовал это и продолжал учиться, музыка в некотором смысле идёт с этими науками параллельно, но не всегда.

Ты немного выходишь за рамки барда в традиционном понимании. Создаётся впечатление, что у тебя есть некий широкий культурный проект, что музыка-это инструмент, который ты используешь для того, чтобы передать своего рода послание. Каким образом переплетаются музыка и содержание? Ну, прежде всего, я отталкиваюсь от народного стиля, который резко противостоит музыке широкого потребления и лёгкой музыке. Народные песни обладают четкой симметрией и простотой, которую передаёт народ. В моих песнях, выполняемых в этом стиле, я всегда затрагивал такие аргументы как разбой, иммиграция, Средиземноморье. Я горжусь тем, что я говорю об этом в своих песнях, двадцать лет назад никто не говорил о разбойниках Средиземноморья, этническая музыка была забыта обществом.

Ты утверждаешь, что Фабрицио де Андре’-это один из важнейших ориентиров народа Таранты, почему? Что собой представляет вселенная Таранты? Она контрастирует с культурой типа Талент-шоу, потому что ребята полностью отличаются от тех, кто приходит к Марии де Филиппи? Да, это чёткое противостояние, и в этом можно убедиться, посмотрев на людей, собирающихся в Таранте. Для этих ребят моральный ориентир- бард Фабрицио де Андре’, который работал в стиле французских певцов, таких, как Жак Брель, в стиле минестрелей прошлых лет-это проявляется в простом стиле пения под аккомпанемент гитары, типичный его стиль.

Как ты только что заметил, ты написал много песен о разбое, представив к всеобщему вниманию такие фигуры как Кармине Крокко и Нинко Нанко. Как ты думаешь, можно ли действительно считать разбойников партизанами, как утверждает новая история? Прежде всего мне хотелось рассказать об этих фигурах, сделать так, чтобы они перестали быть исторически анонимными. Прошлым летом ко мне за кулисы пришёл мальчик, ему было 4 года или 5, и он пел песню ”Нинко Нанко”, он знал всю эту песню, пел он ее с детской непосредственностью и я подумал, что лет десять назад никто бы не спел песню о Нинко Нанко, ни взрослый, ни ребёнок, потому что о нем никто не знал. Сегодня же эти персонажи оставляют след в истории. Историки должны дать оценку тому, что произошло. Безусловно, Нинко Нанко был ярким представителем бунтующих людей, его фото, сделанная пьемонтцами после его убийства, вызывает аллегорию с Че Гевара, если вы поищите эту фотографию, вы заметите, что сходство с Гевара-поразительное.

Ты никогда не задумывался над тем, чтобы рассказать историю многих южных солдат, которые не приняли короля Пьемонтского королевства и сбежали в Крым? На сегодняшний день в Крыму живёт крупная итальянская диаспора, которая сохраняет собственную национальную идентичность. Я сочту это за приглашение. Хочу подчеркнуть, что меня связывают с России особые узы: ее великая культура оказала на меня большое влияние. У меня была возможность и большая привелегия провести три гастрольных тура в Советском Союзе, в период правления Брежнева. Меня пригласила Ассоциация, занимающаяся культурными связями между СССР и Италией, наш ”Новый ансамбль народной песни” побывал в Ленинграде, Москве, Минске, Киеве, Риге. Мы смогли наблюдать советскую действительность за кулисами, не так как в организованных туристических  поездках, мы увидели ситуацию для нас невообразимую.

Только тогда мы поняли как много было неразберихи, насколько лжив был интеллектуальный Запад, рассказывающий о том, как все было хорошо в СССР, то, что увидели мы на улицах было для нас шоком, это, наверное, было основным разочарованием при  моей любви к России и ее культуре. Можно вспомнить великого Булгакова, который был самым живым духом эпохи, я помню, например, что ”Мастер и Маргарита” печаталась на Западе, но была запрещена в Советском Союзе. Великая русская культура, великая русская музыка- это достояние человечества, они отложили на мне большой отпечаток.

”Кто-то на земле” это альбом состоящий из песен, говорящих о мироздании, акцент делается на жизненном пути человека. Что это, новый гуманизм вне времени, там, где религия встречается с разумом и народными чувствами? Я написал эти песни, потому что мне предложили написать мини- оперу о создании мира, я, фактически, выразил свои мысли -в центре всего красота, т.к. именно красота является наиболее конкретным проявлением божественной эссенции, способность человека понимать ее величие- это нематериальное преимущество, но чрезвычайно сильное. Я с удовольствием использую народный стиль, как, например, в куплете, в котором говорится, что в первый день Бог убирает тьму  и невежество, во второй занимается светилами, затем-солнцем, луной, а потом разделяет землю и море. Все это подаётся в народном стиле, в стиле кумулятивного пения.

Есть там и история о Ноевом Ковчеге, где говорится об ответственности человека перед всеми живыми существами, среди которых человек-доминирует, будучи самым агрессивным. На Ковчеге присутствуют все животные и человек ими командует. Затем – история Кафайи-это был период жасминовых революций, последствия которых были разными-в этих манифестациях молодые люди изъявляли свою волю, молодые люди заполняли площади и смогли,наконец,  свергнуть тирана, власть которого казалась незыблемой. Следующая вещь называется ” Не имеет смысла” и здесь проявляется моя личность, которая делится на рациональную и духовную, ирациональную части. В песне говорится о том, что преимущество человека в том, что он наделен разумом, за счёт этого ему доступно понимание многих вещей, говорится о том, что войны, агрессия, все, что характеризует историю человека, не имеют смысла. У текстов много разных аспектов. В финальной песне ”Кто-то на земле” я говорю о том, что все то, что происходит в истории, сделано кем-то на земле. Из этого следует, что все люди несут ответственность, что нельзя прятаться за фальшивым фасадом, когда речь идёт о тех или иных ситуациях, спровоцированных тем, кто управляет-ответственность, отчасти, лежит на всех нас.

Создавая ”Кого-то на земле”, ты сотрудничал с ”Голосами Юга”, этот музыкальный ансамбль создал ты. Насколько важно для артиста, у которого имеется такой значимый творческий багаж как у тебя, возлагать надежды на молодых? У меня всегда так, и я рад, что у моей публики низкий средний возраст-это юноши, девушки, а также дети. Я увидел, что ”Голоса Юга” хорошо подготовлены, потому что они слушали мою музыку с того момента, как решили заняться искусством, им было легче, потому что они верили мне и любили мою музыку. Мы начали делать совместные проекты и ”Кто-то на земле”- одна из таких совместных работ. ”К югу от Моцарта”- это тоже проект, вдохновленный союзом между мной, моим опытом, который я даю им в распоряжение, и ими-молодыми энтузиастами. Перевод Юлия Макарова Лях.