Театральная зона Норильлаг — часть истории норильского театра, который появился здесь на рубеже 1941−42 годов — сам город Норильск младше своего театра на 12 лет. В каждом лаготделении создавалась своя труппа, среди актеров были как любители, так и мастера, причем первоклассные, из Москвы и Ленинграда. 

Всеми правдами и неправдами добывались материалы для декораций и костюмов. “Вот представьте: люди не освобождались от работ, они только на время премьер освобождались от нескольких часов работы.

Они на открытом грунте кирками и лопатами роют землю или что-то таскают, а потом снимают бушлаты и изображают красивую жизнь”, — рассказала Шебеко. Экспозиция “Норильлаг” в музее истории освоения и развития Норильского промышленного района Кирилл Кухмарь/ТАСС Экспозиция “Норильлаг” в музее истории освоения и развития Норильского промышленного района © Кирилл Кухмарь/ТАСС В 1941 году, видя успех лагерной самодеятельности, решено было создать настоящий, профессиональный театр. В Красноярском крае из числа тех, кто не был мобилизован на фронт, набрали артистов и отправили коллектив будущего театра работать на север. “Везли его здесь по Енисею на барже, да еще антрепренер с деньгами опоздал. И первый директор театра играл с комиссарами весь путь от Красноярска до Дудинки в преферанс, выигрывал и таким образом кормил всю труппу”, — рассказала Шебеко. Первыми спектаклями нового театра стали “На бойком месте”, “На дне”, особой популярностью среди находившихся на таймырском севере людей пользовалась постановка с провокационным для лагеря названием — “Без вины виноватые”. Первые постановки ставились на импровизированной сцене в бараке-столовой.

“Вот представьте себе такую афишу на стене лагерного барака. И неважно, что это Островский, но “без вины виноватые” же”, — сказала Шебеко.

Шебеко рассказывает, что норильский театр вообще отличался вольнодумством. Местное начальство, комбинатское прежде всего, входившее в худсовет театра, рассуждало таким образом: “мы сами себе здесь хозяева, мы практически отрезаны от большой земли, и если в Москве нельзя поставить Александра Володина, то ставь, но имей в виду, если это будет твой выигрыш, твоя победа творческая, мы, значит, к ней присоединимся. Если твой проигрыш, ты будешь отвечать за него один”.

Так что репертуар был довольно смелый. © Денис Кожевников/ТАСС В Норильском театре играли многие известные деятели искусства, среди них была Евдокия Урусова, звезда театра имени Ермоловой. За отказ писать донос на парторга была осуждена, отбывала “срок” на Дальнем Востоке, в 1949 году новый арест. С Урусовой играли опасавшийся ареста и уехавший в Норильск Иннокентий Смоктуновский, приговоренный по статье 58−6 УК РСФСР за шпионскую деятельность к ссылке на поселение Георгий Жженов. Актеры и зрители Актерский коллектив в Норильском Заполярном театре драмы небольшой — 25 человек. Сейчас труппу покинули два актера, что довольно болезненно, говорит Шебеко. Актеров сюда приглашают со всей страны.

“Денис Ганин приехал из Омска, Юля Новикова из Красноярска, Коля Каверин из средней полосы России. В Норильске как: если человек около года держится — он уже норильчанин.

Есть такие, которые не удерживаются, а есть такие, которые приросли душой к нам”, — рассказала Лада Шебеко. Весной 1989 года в Норильск приехал Сергей Ребрий. Его первая роль — конь Вулкан, который вез Золушку на бал. Были роли ученика дьявола, сержанта. В 1991-м молодого артиста заметил режиссер Александр Зыков. Анна Титова и Сергей Ребрий в сцене из спектакля “Сильвия” Альберта Герни, 2003 год Сергей Метелица/ТАСС Анна Титова и Сергей Ребрий в сцене из спектакля “Сильвия” Альберта Герни, 2003 год © Сергей Метелица/ТАСС “Я был глух, слеп и нем, мало чего умел.

Стал следить за людьми, смотреть, как они работают, потом меня учил Александр Маркович Зыков. Постепенно приходил опыт, а еще я дотошный, зануда, люблю копаться во всем, разбирать лишнее, отсеивать. Прорабатываю текст словесно, по внутренней линии, внешней, создаю некий образ и надеваю его”, — рассказал Ребрий. Будущее Вольнодумие и новации отличали Норильский театр всегда. Вот и сейчас он стал одним из первых в жанре VR-спектакля, поставив пьесу на местные мотивы “Гиперборея. Плато Путорана”.

Зрители, надев специальные очки, оказываются в виртуальном мире, не вставая из своих кресел попадают на Плато Путорана — одн о из самых загадочных и красивых мест в Сибири. “Это, конечно, потрясающе, вот оно — место силы, оно тут, рядом с нами. Мы придумали в спектакле, что город — это как бы средний мир, и мы показываем в очках город, нижний — это шахты, а верхний — Плато Путорана. Надеваешь очки, и как шаман начинаешь по мирам ходить”, — рассказала Бабанова. © Денис Кожевников/ТАСС Анна Бабанова говорит, что в планах театра — через год увеличить число постановок на большой сцене до девяти-десяти. Сейчас выходит четыре-шесть. “Первое, что у нас сейчас выйдет, — Шукшин, “Брат мой”, режиссер Тимур Файрузов, потом я сделаю “Снежную королеву”, а потом приедет Яков Ломкин, это от Райкина режиссер, и поставит Золотого теленка”.